Россия заигрывает с Узбекистаном, заставляя злиться казахов и киргизов

Россия заигрывает с Узбекистаном, заставляя злиться казахов и киргизов

Фото: Сергей Савостьянов/ТАСС

Рыночная идеология, приверженцем которой по-прежнему остается Кремль, толкает власти к созданию наиболее благоприятных условий для бизнеса и правящего класса в целом. Порой в ущерб всем остальным россиянам. Одной из таких мер может стать расширение ЕАЭС за счет Узбекистана.

Президент Узбекистана Шавкат Мирзиёев сейчас прорабатывает этот вопрос, рассказала Валентина Матвиенко, вернувшаяся на днях из Ташкента. По ее словам, это «соответствует мировым практикам и учитывает процессы глобализации». «Надеюсь, процесс согласования не затянется, и мы будем иметь возможность сотрудничать в рамках евразийской семьи», — заявила глава Совфеда.

Российский ответ глобализации не может не радовать, однако, вступление Узбекистана в ЕАЭС узаконит свободное перемещение трудовых ресурсов в наших странах. Это, конечно, откроет россиянам возможность работать в Узбекистане, но вряд ли таковых будет много. А вот число гастарбайтеров из перенаселенной и бедной Ферганской долины в России увеличится значительно.

Узбекистан — самая быстрорастущая страна в Центральной Азии. Если к моменту краха СССР там жило 20 млн. человек, то сейчас уже 33 млн. А к середине века, согласно прогнозам, будет уже 50 млн. человек. Это треть России. Миллионы трудолюбивых молодых узбеков в поисках лучшей доли наверняка устремятся в Россию, оказывая дополнительное давление на рынок труда.

А наши власти, похоже, не против. Ведь дешевая рабочая сила выгодна бизнесу. Квоты на участие мигрантов в российской экономике есть: в транспорте это 26%, в деле выращивания овощей и фруктов — 50%, а в строительстве 80%, но кто верит, что они соблюдаются?

О лояльности правительства Медведева будущим трудовым мигрантам свидетельствует «список Топилина», содержащий перечень профессий, дающих право на упрощенный порядок получения российского гражданства гастарбайтерами. В нем, в частности, много медицинских профессий, что может негативно сказаться на качестве здравоохранения. Кажется, в кабмине совсем увлеклись…

Подобная линия в отношении соседей России выглядит особенно странно после повышения в России пенсионного возраста. Реформа и так выбросит на рынок труда дополнительные миллионы рабочих рук, а тут им еще и неприхотливых конкурентов из ближнего зарубежья приготовили. Или наверху хотят, чтобы россияне и гости страны дрались друг с другом за работу, забыв о тех, кто их стравил?

Неудивительно, что планы правительства в сфере трудовой миграции входят в противоречие с настроениями россиян. Доля тех, кто выступает за ее ограничение, составляет 72%. Некоторые пытаются объяснить это ксенофобией, но в 2018 году таковых было меньше — 67%, а в 2017 году всего 58%. Очевидно, что в гастарбайтерах видят в первую очередь экономических конкурентов.

О том, почему Россия хотела бы видеть Узбекистан в ЕАЭС, нам рассказал руководитель отдела Средней Азии Института стран СНГ Андрей Грозин.

— ЕАЭС — это структура, которая требует не на чиновничьем, а на уровне обыденного понимания, некого прорыва. Прием Узбекистана — это реальный прорыв. Помните, таджики очень долго все это (вступление в ЕАЭС — авт.) обсуждали-обсуждали и до сих пор обсуждают. Но Узбекистан по сравнению с Таджикистаном по своему экономическому, промышленному, демографическому, геополитическому и любому иному потенциалу — страна на порядок более значимая.

Узбекистан — это центральное государство в регионе. Без него в Центральной Азии ничего не решается. Ни энергетические вопросы, ни вопросы, связанные с крупными проектами. Причем, неважно — российско-интегрированными, китайско-интегрированными или западно-интегрированными. Это очень значимая, серьезная страна. Для России Узбекистан — это «Украина» Центральной Азии. Да, есть Казахстан, но чтобы поменять матрицу нашего участия в региональных вопросах, нужен и Ташкент.

Например, у России есть союзное государство с Белоруссией. По большому счету, Белоруссия по экономическому и по демографическому потенциалу — это маленькая область Узбекистана. Мы просто зациклились на западном векторе — Белоруссия-Украина, Украина-Белоруссия. Но начавшийся век — это век Азии. Об этом говорят великие умы — от Джека Ма до нобелевских лауреатов с английскими фамилиями. Узбекистан — это как раз Азия, серьезная, глубинная. И с ней надо работать на долгую перспективу.

«СП»: — И что нам даст сближение с Ташкентом?

— Узбекистан важен для России с точки зрения влияния на всю региональную ситуацию. Армия этой страны во всех западных рейтингах стоит выше всех в Центральной Азии, включая Казахстан. Без Ташкента региональная стабильность достигнута быть не может, сколько бы денег туда не вкладывали. Он важен и с транспортной, и с экономической, и с социальной, и с идейно-политической точек зрения.

По факту на постсоветском пространстве Узбекистан превратился в страну номер два после России. Там 33 млн. жителей. В отличие от той же Украины со всеми ее то уезжающими, то приезжающими жителями. Это огромный рынок. За рынки сейчас на мировых площадках идет мощная борьба. Узбекистан — это золотой приз. Тот, кто сможет его «приобрести», тот получит доминирующее влияние в регионе.

«СП»: — Заманчиво, но есть еще интересы простых россиян, которым все труднее и труднее находить работу. Они видят в гастарбайтерах из Азии своих личных конкурентов на рынке труда…

— Все эти узбекские или киргизские гастарбайтеры — это просто пена на гребне, который накрывает всю текущую экономическую ситуацию. Надо быть проще. Узбеки сейчас ищут более приемлемых для своей экономики, своего общества условий партнерства. И Россия, судя по словам Матвиенко, готова их предоставить. Ни США, ни Китай этого сделать не могут. А узбекам необходимо развиваться. Перед ними стоит вопрос, как накормить всю эту растущую ораву. В этом смысле русские смотрятся более оптимально, чем все остальные.

«СП»: — Помогая Узбекистану, не хотелось бы забывать и себя…

— Сейчас в России уже проживает чуть ли не одна десятая часть всего Узбекистана. А может, и больше. То есть мы и так связаны с ним теснее и жестче, чем со многими другими государствами. Например, с Финляндией или Испанией, с которыми только торгуем. Мы находимся с узбеками в симбиозе. Представьте, если в Узбекистане что-то пойдет не так. Это будет уже наша проблема. Конечно, мы заинтересованы, чтобы их социально-экономические кризисы решались и не создавали нам проблем.

Вступит ли Узбекистан в ЕАЭС или нет, пока неясно. Наверное, это вопрос торга. Скорее всего, возбуждение нравов, которое мы в связи с этим сейчас наблюдаем, — это все-таки пиар. Но та открытость, которую демонстрирует сегодняшнее руководство Узбекистана — это уже очень хорошо. В любом случае без него России выстраивать долгосрочную стратегию в Центральной Азии будет невозможно.

— У возможной интеграции Узбекистана в ЕАЭС есть геополитический, геоэкономический аспект, — рассуждает гендиректор Института ЕАЭС Владимир Лепехин. — В связи с глобализацией и формированием в мире макрорегионов в евразийском регионе, вокруг России, должна произойти консолидация стран, которые готовы с нами вместе развиваться.

Узбекистан уже интегрируется в евразийскую экономику. В основном это проекты, связанные с Россией. Например, строительство АЭС. Плюс огромное количество гастарбайтеров, которые приезжают к нам и конкурируют на рынке труда (около миллиона — авт.). Также нас подталкивают навстречу друг другу китайские экономические проекты в Центральной Азии. Это вопрос влияния. Вступление Узбекистана в ЕАЭС добавило бы определенности в наших отношениях.

«СП»: — Российский обыватель далек от геополитики. Люди видят, что их рабочие места занимают узбекские гастарбайтеры, которым наше государство предоставило некоторые преференции еще даже до вступления их страны в ЕАЭС…

— Поскольку оптимизировать экономические отношения в пользу России наше руководство не в состоянии, ему проще юридически оформлять то, что уже свершилось фактически. Чтобы все выглядело прилично.

«СП»: — Идем на поводу у жизненных обстоятельств? Правда, не факт, что Ташкент еще захочет связывать себя членством в ЕАЭС. Зачем, раз Москва и так довольно щедра с ним?

— Уверенности в том, что руководство Узбекистана готово присоединить свою страну к ЕАЭС, нет. У Ташкента сейчас и так все хорошо. Многовекторная политика идет ему на пользу. Узбекистан удачно вписался во взаимодействие с Россией, направляя к нам рабочую силу и получая деньги в свой бюджет, участвует в экономических отношениях с Китаем, используя свое географическое положение, взаимодействует с исламским миром. Поэтому серьезной мотивации для вступления в ЕАЭС у Ташкента нет. Разве что Узбекистан выставит некоторые условия и тогда она появится.

Однако еще есть фактор конкуренции внутри ЕАЭС. В свое время Казахстан не очень-то одобрял прием в ЕАЭС Армении. А Армения негативно относится к возможному вступлению Азербайджана, который, кстати, уже готов. В случае Узбекистана тоже могут возникнуть элементы ревности. Например, у Казахстана или Киргизии. Ведь решения в ЕАЭС принимаются консолидировано. Хотя объективно этим странам членство Узбекистана в ЕАЭС тоже выгодно. Вообще, Ташкент — ближайший кандидат на вступление сейчас.

Постсоветское пространство: Канделаки решила «грузинский вопрос»: МГУ должен учить «детей гор» любви к России

Новости СНГ: Лукашенко: хороший ремень полезен для ребенка

Источник