Путин запретил телеканалам очернять Украину, но не сказал, кого можно

Путин запретил телеканалам очернять Украину, но не сказал, кого можно

Фото: PA Images/TASS

Российские телеканалы в целом стали меньше критиковать Украину. К такому выводу пришли «Ведомости», проанализировав контент передач, вышедших после заявлений российского президента Владимира Путина</strong>.

Напомним, неделю назад на Валдайском форуме, отвечая на вопрос украинского политолога Михаила Погребинского о необходимости изменения риторики освещения событий на Украине в эфире «некоторых» российских телепередач, президент призвал телеканалы не выставлять «братский народ» в невыгодном свете.

«Не поверите, но российские каналы, даже государственные, ведут независимую редакционную политику», — заявил он, добавив, что если все действительно так, как говорит Погребинский, то это «неправильно».

«Речь может идти о политике действующих властей, но не о стране, не о народе», — подчеркнул российский лидер.

Тут же одна из самых неравнодушных к делам Украины журналистка Скабеева, заявила в своем Telegram-канале, что никогда не делает этого специально, что не могло не вызвать улыбку. И еще у нас никогда специально на таких шоу не говорят о российских проблемах, о росте налогов, об обнищании населения. Все эти проблемы есть только на Украине, у нас-то все здорово.

По просьбе «Ведомостей» компания «Медиалогия» подсчитала общее количество упоминаний Украины в эфире трех федеральных каналов — «Первый канал», «Россия 1», НТВ за три дня после заявления президента и за аналогичный период предыдущих двух недель.

Выяснилось, что общее количество упоминаний Украины с 27 по 29 сентября, когда в СМИ обсуждался скандал, связанный с опубликованным Белым Домом телефонным разговором президента США Дональда Трампа с украинским коллегой Владимиром Зеленским, выросло в три раза по сравнению с аналогичным периодом предыдущей недели (20−22 сентября), а 4−6 октября, то есть после заявления президента, этот показатель снизился.

Издание сообщает, что призыв президента не критиковать «братский народ» не оставили без внимания многие популярные передачи ведущие. Кроме того, риторика некоторых программ действительно изменилась, отмечено смещение акцентов критики с действующих властей на противостоящую ей радикальную оппозицию, сюжеты о войне заметно разбавлены сюжетами о мирной жизни.

Есть ли здесь взаимосвязь? Слова Путина это действительно рекомендация или указание? Телевидение у нас действительно независимо?

— Конечно, рекомендация, — уверен заместитель директора Национального института развития современной идеологии Игорь Шатров.

— Неужели кто-то всерьез считает, что президент России лично управляет телеканалами? Да, те каналы, которые принадлежат государству, конечно, обязаны прислушиваться к мнению президента. Но в любом случае процесс принятия решений и корректировки редакционной политики довольно длительный. Да и стоит ли ее корректировать? Зачем? Лишь потому, что что-то такое показалось украинскому политологу, мнение которого уважают в России?

«СП»: — С чем тогда вообще связаны эти рекомендации? Путин только сейчас заметил, что что -то не то?

— Зачем искать конспирологические мотивы во всей этой истории? Слова президента связаны с конкретным вопросом, который задал Путину Михаил Погребинский. По мнению украинского участника Валдайского форума, в некоторых российских телепрограммах украинский народ выставляется в невыгодном свете. В каких? Это мне напомнило слова известной песни: «Если кто-то кое-где у нас порой…»

«СП»: — Действительно ли российские каналы освещают Украину в плохом свете?

— Российские каналы, к сожалению, вообще не освещают Украину. Дальше Киева наши журналисты не забираются. Это вынужденные меры предосторожности, связанные с невозможностью или нежеланием киевских властей обеспечить безопасность российских журналистов. Украину российский телезритель видит или в репортажах с киевских улиц, или из окопа донбасских ополченцев. Но даже в Киеве тележурналисты скрывают принадлежность к российским СМИ, используя микрофоны без традиционных кубов с нанесенным на них логотипом телеканала. Корреспонденты печатных СМИ также не забираются в украинскую глубинку, исходя из тех же соображений безопасности. Их можно понять. Они не хотят пополнять горестный список пострадавших и погибших на Украине представителей профессии. Украину сейчас считают одним из самых опасных мест для журналистов на земном шаре, наряду с Ближним Востоком и Центральноафриканской Республикой.

«СП»: — Можно ли говорить, что акценты смягчились? К примеру, акцент критики в некоторых программах сместился на националистов, проводивших митинги и бывшего украинского президента Петра Порошенко. Это связано?

— Я и раньше не замечал каких-то особых акцентов. И после слов Погребинского не заметил ни усиления, ни ослабления риторики. Да и вообще делать выводы на основе анализа телепрограмм за 3 дня, по-моему, непрофессионально. Думаю, никто ничего не менял, всё осталось так, как было. То есть Украины по-прежнему в российском телеэфире очень много. А акценты связаны с освещением тех или иных событий. О Зеленском у нас изначально говорят с надеждой (что лично я считаю ошибкой), о Порошенко после его отставки — с пренебрежением, о националистах — с презрением, а об обычных украинцах — с жалостью. Только вот Украину, которая не Зеленский, не Порошенко и не Киев, у нас не показывают. Причины этого я уже объяснил.

«СП»: — Зачем вообще России все время говорить об Украине, особенно на федеральных каналах? Может лучше о своих проблемах? Или, кроме Украины, у нас их нет?

— Во-первых, многие экономические проблемы в нашей стране стали следствием позиции, занятой Россией в отношении украинских событий. Те же западные санкции, несомненно, негативно повлияли на нашу экономику. Во-вторых, если мы не будем предупреждать об угрозе идеологии, которая начинает расцветать пышным цветом на Украине, угроза не уменьшится, а очень быстро из украинской проблемы станет нашей. Впрочем, те родственные узы, которыми больше половины россиян связаны на личном уровне с Украиной, и без того делают украинские проблемы нашими. И это на самом деле и объясняет нашу личную вовлеченность, сочувствие, сопереживание украинским бедам. Есть общественный запрос на эту информацию. Об этом говорят и рейтинги телепрограмм об Украине. То есть именно зритель формирует ту информационную повестку, которая сейчас присутствует на российском телевидении.

«СП»: — Может ли Украина когда-нибудь исчезнуть из российской повестки? Ну, не полностью, но так, как было до 2014 года? О чем тогда будут говорить?

— Конечно, рано или поздно наступит такое время, когда Украина не будет занимать так много места в телеэфире. Не берусь прогнозировать, какие темы тогда будут интересны зрителям. В любом случае информация о чрезвычайных происшествиях, авариях, катастрофах, трагедиях любого уровня в новостных программах и ток-шоу всегда будет более востребован, чем позитивный контент. Это особенность человеческой психики, своеобразная психологическая защита, которую выставляет организм. Сравнив свою личную ситуацию с информацией о трагедиях, почерпнутой из СМИ, человек приходит к выводу, что у него-то в жизни все хорошо, как минимум, не так плохо, как у других. А сопереживание добавляет в этот процесс вечерней психологической реабилитации дополнительную нотку личной сопричастности, что тоже необходимо. Так что пока Украина будет страной-катастрофой, информация о ней будет востребована российским телезрителем. И наше кровное родство этому только способствует. Россияне сопереживают украинцам больше, чем сирийцам или жителям ЦАР, хотя дела у последних куда как хуже, чем у украинцев.

— Я соглашусь со словами президента, — подчеркивает директор Центра общественного и информационного сотрудничества «Европа» Эдуард Попов.

— Конечно, подлинной независимости нет и быть не может по определению — и этого нет ни в одной стране. И всё же я склонен думать, что даже государственные телеканалы зависят не только от указов заказчика, но и общественного мнения, а также от той парадигмы, что сложилась у наших журналистов в отношении соседней Украины. Если чиновники игнорируют президентские указы, то чем лучше редакторы государственных телеканалов, которые продолжают освещать Украину не совсем так, как хотелось бы президенту?

«СП»: — А у нас действительно Украину как-то не так освещали?

— Достаточно посмотреть украинское телевидение, любой украинский телеканал, чтобы начать уважать российское телевидение, тот его сегмент, который посвящен Украине. Украинцев раздражает именно отсутствие ненависти и братское отношении к их стране, которое красной нитью проходит по всем российским телеканалам. Одно дело давать негативные оценки украинским нацистам, другое дело — марать черной красой народ, живущий на Украине. В этом принципиальное отличие российских масс-медиа от украинских или тех же грузинских, которые что называется расчеловечили российских граждан. Есть, конечно, исключения и на Украине, но это именно исключения. Государственная идеология Украины — русофобская. В России нет украинофобии как элемента государственной идеологии и пропаганды.

«СП»: — Согласны ли вы с выводами «Ведомостей» о том, что акценты смягчились?

— Я мало смотрю телепередачи, поэтому мне трудно согласиться или опровергнуть это мнение. Но могу сказать, что, пожалуй, большинство российских журналистов с энтузиазмом и надеждой восприняли победу Зеленского и его партии «Слуга народа» на президентских и парламентских выборах. А также новость о подписании «формулы Штайнмайера». Поэтому, вероятно, некоторое смягчение произошло. И это, на мой взгляд, говорит о поверхностном понимании в России Украины. С одной стороны, Украина подписала — и то с оговорками — «формулу Штайнмайера». Которую, похоже, не собираются выполнять. С другой — продолжает обстреливать Донбасс, обвиняет Россию в оккупации, закрывает русские школы в русском Донбассе. О каком «прогрессе» может идти речь?! Российские журналисты и политологи, понадеявшись на душку Зеленского, выдают желаемое за действительное.

«СП»: — Не слишком ли много Украины на российском ТВ? Такое впечатление, что у нас своих проблем нет. Почему бы не говорить о них?

— Украина — не часть внешней проблематики. Это часть наших внутренних проблем. Как и Белоруссия. Как и проблемы зарубежного Русского мира, который официальна Москва предпочитает не замечать. Поэтому не соглашусь с вашей формулировкой.

«СП»: — Что будет, если вот взять и убрать Украину с российских каналов? Как это отразится на настроениях россиян и отношениях между нашими странами?

— Значительные слои нашего общества не смотрят или мало смотрят телепрограммы. В настроениях наших сограждан в отношении Украины принципиально ничего не изменится.

На Украине как минимум половина населения — наши люди. Вы предлагаете закрыть глаза на насильственную дерусификацию и нацификацию исторического ядра Руси? Россия спасла от террористического «Исламского государства»* народ Сирии и отвернулась от русских Украины? Звучит нелогично и даже кощунственно. Хотя этого хотелось бы многим. Я сталкивался с таким либерально-русофобским мнением. Вот если бы на Украине начались еврейские погромы от России эти самые критики потребовали бы моментального вмешательства и остановить «фашизм». А вот русских оскорблять и убивать можно. Повторюсь: Украина и Белоруссия — это не внешний мир, это наша внутренняя проблематика. Сначала эти советские республики были осчастливлены территориями с русским населением, у которого не спрашивали согласия жить в национальных республиках. Затем не спросили их мнения при развале СССР. Предлагать «закрыть» украинскую тематику — подыгрывать украинским наци. А сами они тем временем активно разыгрывают украинскую сепаратистскую карту в регионах России.

* «Исламское государство» (ИГ, ИГИЛ) решением Верховного суда РФ от 29 декабря 2014 года было признано террористической организацией, ее деятельность на территории России запрещена.

Источник